Отблеск истории

DETAIL_PICTURE_655296_23554386

Елена АНОХИНА

Бой продолжался третьи сутки. Запертые в ущелье, оборонялись они отчаянно, зная: пощады не будет. Вертолет не мог «снять» людей с затерянной высоко в горах «точки» из-за пелены густого тумана, окутавшего Кавказ. А боевики, среди которых особой жестокостью выделялись наемники-арабы, наступали со всех сторон. Попрощались друг с другом — патроны были на исходе, когда на выручку пришел спецназ ГРУ, «раскупорив» БМП выход из каменного мешка. О чем думал участник того боя Аркадий Аркадиевич Дранец, ныне — Генеральный директор ОАО «Шпаковскрайгаз»? Не помнит. Разрабатывавший и проводивший во всех уголках мира уникальные спецоперации, вошедшие в учебники будущих разведчиков и контрразведчиков России, говорит он, что случай тот был рядовым в его военной биографии.

Как чудо восприняла я встречу с Аркадием Аркадиевичем Дранец, об отваге которого слагали стихи и пели песни, а о судьбе снимали документальные и художественные фильмы. Слушая его рассказ, окунулась в недалекое прошлое нашей страны, когда героизм народа порой обуславливался тоталитаризмом государственного строя. Все мы — дети своего времени….

В пущах Полесья

— Семья наша с белорусского Полесья;  есть в Столенском районе Брестской области красивая деревня под названием Хоромск,- рассказывает Аркадий Аркадиевич.- Но вообще-то родился я в дороге, что, наверное, и предопределило всю мою дальнейшую судьбу. Я же второй ребенок, и все произошло так быстро, что до роддома отец, Аркадий Никитич, маму мою — Нину Николаевну, 24 января 1959 года так и не довез. Пришлось к бабке-повитухе в ближайшую деревню сворачивать. Потом вьюга разыгралась, родители развернули сани, и поехали домой уже вместе со мной. Отец, как водится, «обмыл ножки», и «записывать» в сельсовет пошел только 28 числа, ставшего датой моего рождения в паспорте. Папе с мамой – Царствие им Небесное, Бог дал троих сынов. Старшего брата назвали, как водится, в честь одного деда Никитой, меня по отцу Аркадием, а младшего – в честь другого деда Николаем. Мама работала сначала дояркой, потом заведующей фермой, а папа — бригадиром полеводческой бригады, люди на селе не последние, уважаемые. Я по отцу белорус, а мама по национальности полячка, окончила в свое время 4 класса польской школы. Родня ее из дворянского общества шляхтичей Альпень, люди все глубоко верующие. Родственников у нас уйма: в каждой семье по восемь, двенадцать детей было, одни на родине остались, другие в Канаде и США осели. Священники есть и по той, и по другой линии. Мой дедушка-священник во время войны прятал у себя партизана Машерова, первого секретаря ЦК компартии Белоруссии. Когда я был маленьким, тот прилетал в деревню на вертолете с охраной и к нам домой заходил. Эти воспоминания перекликаются с живописными картинками детства: вот грибы и ягоды собираем между сосен и берез, шалаши потаенные строим. Болот в нашем краю много, каналов – рыбалка отменная! На конях без седла с малолетства сидели, в Ночное ходили: рядом течет речка Горынь, за ней – полноводная Припять, приток Днепра с пойменными лугами. «Смотрели» нас бабушки, к вере приобщали. Отец, мама и бабушка перед сном молились, и нас на колени перед иконами ставили. Своей церкви в деревне не было, а в Лисовичах, куда вскорости переехали, по сей день стоит храм Николая Угодника. На Пасху и Рождество с взрослыми крестный ход шли, горящие свечи в руках несли. В тех местах у каждой деревни свой особый праздник, у нас – Троица, когда и верующих, и неверующих, и гостей за столы сажают. Свадьбы, родины и крестины до сих пор красиво отмечают — гуляет вся улица. Освятили дом, когда только того и было, что печка да сруб. Потихоньку обжились, скотину завели — коров, кур, поросят. Мы, дети, с детства животину обихаживали, огород в 20 соток обрабатывали, и на колхозном поле каждый год картошку сажали. Плюс делянки посевов льна, свеклы, картошки, урожай с которых нужно было сдавать. Но умудрялся я успешно учиться, в районных олимпиадах участвовать; активистом был, легкой атлетикой увлекался. Школу с серебряной медалью окончил; в памяти остался выпускной вечер, рассвет….

Крутой поворот

— Два года на «отлично» отучился в Минском радиотехническом институте, куда подал документы «за компанию» с двоюродной сестрой. Продолжая заниматься спортом, стал командиром оперотряда – мы, дружинники, по вечерам следили за порядком на улицах столицы. Приметил меня куратор института из КГБ, рекомендовал поступать в Высшую школу. Тогда все мы увлекались разведкой — книжки читали, фильмы смотрели; романтика, одним словом….. Для начала отправили в армию. Служил в Печах, пригороде Борисова, в ракетных войсках оперативно-тактической дальности. Прошел путь от рядового до заместителя командира взвода — куча благодарностей и никакой дедовщины. В нашей линейной части солдат было мало, а офицеров много, что гарантировало порядок. Демобилизовался и поехал в Подмосковный лагерь, где готовились к поступлению в Высшую школу КГБ ребята, подзабывшие школьную программу – в армии служили, или из рабочего цеха пришли. Сдал экзамены на «отлично», собеседование, тестирование прошел и психологический отбор. Учился на втором контрразведывательном факультете – был у нас такой, территориальный. Освоил рукопашный бой, нетрадиционные виды борьбы, в своем весе стал чемпионом по боям без правил. Совершил 116 прыжков с парашютом, среди которых были и затяжные, с низким раскрытием над землей.

С бывшей одноклассницей Ниной дружили с детства, а поженились, когда обоим по 20 лет исполнилось. Через год родился сын Игорь, сейчас в Штатах живет, двое внуков у меня. Получил в Высшей школе три образования: высшее чекистское, высшее юридическое и среднее военное. Распределили в разведку, в Западную Германию. Но супруга встретила другого человека. «Сверху» настоятельно советовали помириться, не портить карьеру, но простить не смог – молодость…. После развода объявили выговор с неприемлемой для разведчика формулировкой «за сокрытие неблагоприятной обстановки в семье», и вместо Германии поехал я в Бурятию лейтенантом-особистом.

Выполняя задания Родины

— Так попал в военную контрразведку. Шпионами «стратеги» занимались, а у меня в ведении находилась воинская часть да еще так называемые «глухонемые» — авиационная часть в сопках с подземным хранилищем ядерных бомб. Результаты работы были. Например, однажды перед отпуском проводил встречи с агентурой отдельных точек, и узнал, что на одной из них группа из восьми человек намеревается захватить самолет в аэропорту Улан-Удэ и улететь за границу. Наш агент ремни двигателя «Урала» порезал, чтобы заговорщики не смогли уехать: планировали они убить дежурного по части и захватить караул с оружием. Везли целую папку секретных документов по военному аэродрому и хранилищу ядерных боезарядов. Страшно подумать, что было бы, попадись эти сведения противнику! Задействовали меня и для работы оперативного разведывательного подразделения: стреляли, прыгали с парашютом. Потом в звании капитана пять лет прослужил заместителем командира 55 дивизии морской пехоты на Дальнем Востоке. В боевые походы ходили, во всех океанах удалось побывать. Выполнял задания в разных странах мира — от Вьетнама до Америки, в Никарагуа меня хорошо помнят. Когда в столице Афганистана операцию по связи проводили, на ее обеспечение нашу группу бросали, но все прошло достаточно спокойно. В Африке побывал, где наша страна поддерживали многие режимы. Во французском легионе три месяца прослужил, за что награды имею – вместе с французскими спецслужбами провели операцию, для которой потребовалось внедрение. Теперь Франция встречает меня, как родного, на высших уровнях общаемся. По разным легендам приходилось жить: и как бы увольнялся из армии, и многое другое, но звания вплоть до полковника получал досрочно. Был период, когда в Югославии все это закрутилось, там наемником послужил, потом меня в Германии из-за акцента за югослава принимали. Повидал мир — везде хорошо, но по возвращении домой землю родную обнимал….

Боль моя — Чечня

— Одно дело, когда имеешь дело с противником из другого государства, и другое – с соотечественниками воюешь. Чечня мне с детства была близка: отец с чеченцем в армии подружился, и мы каждый год ездили в Грозный, а они к нам, в Белоруссию. Перед первой чеченской войной знающие этот народ люди пытались доказать, что ввод войск в республику проблему не решит, действовать надо иными методами. Нас никто не слушал, ведь для обогащения нечистоплотных чиновников война — черная дыра. Но политика не мое дело, служил, как мог. В Грозный входил по линии контрразведки с морской пехотой под Новый год, до бомбежек. В моем подчинении находилось 12 отделов, что по-военному соответствовало должности начальника контрразведки одного из двух фронтов. Многие местные жители хорошо нас встречали, ожидая окончание творившегося там беспредела. С их агентурой работал – одних с малолетства знал, с другими служил на Дальнем Востоке, на флоте. Хотя вскоре даже чеченцы, симпатизировавшие нам, стали дистанцироваться: погибшие родственники, разрушенные дома, бомбы и пресловутые зачистки любви к русским не прибавили. Три ранения схлопотал в первую войну, вторую прошел без царапины. Организовал, как корреспондент (по легенде) телестудию, газету, чтобы люди правильно понимали суть происходящего, и целое политическое движение. Занимался подпольем – в «Отряды непримиримых» до тысячи человек чеченцев входило. Мне подчинялись антитеррористическая спецгруппа «Альфа» и диверсионная «Вымпел», работал с чеченским спецназом и спецназом ГРУ. Бывало, только приступаем к выполнению задания, как вдруг приходит приказ: все прекратить. Как? Зачем? Потом стал выключать рацию. В штабах возмущались: «Ты что, там (наверху) планы поменялись – другое видение!». Говорю: какое видение? Вы нас отправили в тыл врага, мы «засветились», захватили лидера бандформирования, что же – отпускать его? О чем думаете? Словом, «кому война, а кому мать родна»…. Мы были в шоке, когда Лебедь заключил Хасавюртовское соглашение – по сути, предал всех нас. В результате войска вывели, оставив во власти бандитов всю Чечню.

Вера на войне

— Возвращаясь с заданий, мы, как были – в камуфляже, с оружием, заходили в храм Хасавьюрта, ставили свечи, разговаривали с отцом Петром. Освобождали священника из села Московского, которого бандиты похитили, а другого батюшку убили. В 1995 год, когда Грозный был уже разрушен, под Пасху верующие просили командующего группировкой войск обеспечить их безопасность, но получили отказ. Мы со «своими» чеченцами с оружием в руках оцепили храм, и все прошло нормально. Священство приезжало, чтобы поддержать дух солдат, многие из ребят тогда окрестились. На войне трудно остаться самим собой, не сойти с ума, особенно молодым ребятам, не имеющим психологической подготовки. Помогают молитвы:… Помню, в первую чеченскую один профессор сообщил, что нужно эвакуировать из района, занятого боевиками, лабораторию, в которой вакцину изготавливали – материал для заражения людей. По сути, биологическое оружие, способное уничтожить население большого города. Мы прошли по тоннелю под речкой Сунжей, забрали препараты, а на обратном пути напоролись на засаду. Пришлось отступить в подземный ход и взорвать его за собой. Завалились камнями, и сидим, дальше — тупик. Первое, что пришло на память: мама. Как она переживет, если меня убьют? Стал читать правило Серафима Саровского, «Троицу», Ангелу-Хранителю. У меня свой цикл молитв на утро, вечер, да и ночью вычитываю, когда тяжелые сны мучают. Боевики побегали-побегали, и ушли. Мы завал разобрали, и отправились восвояси. Досрочно получил тогда звание подполковника, орден мужества, медаль за отвагу. Но не из-за наград мы там воевали, понимали: зло нужно остановить. Оно же, как чума, расползалось на Ставрополье, угрожая всему югу России. И дело не в мусульманской вере, а в больших деньгах, ставших главной предпосылкой проникновения ваххабизма. После Хасавюртовских событий в Чечне стали хозяйничать араб Хаттаб с батальоном и Шамиль. А для Кавказа в целом, как и для Чечни, ближе традиционный ислам, поэтому мы поддержали чеченцев, вставших за мирное будущее своего народа.

На Ставрополье

— Мой уход из системы был болезненным. Началось все смертью наставника и друга — героя России адмирала Германа Алексеевича Угрюмова. Служили с ним на Дальнем Востоке, прошли чеченские войны. Он и умер в Чечне – больное сердце не выдержало, когда руководил штабом по проведению контртеррористической операции на Северном Кавказе, а я был его заместителем. Ко времени скоропостижной кончины квартиру свою в Москве не успел оформить, пришлось посодействовать семье. Супругу, жившую на госдаче за городом из-за тяжелого заболевания, сразу же стали оттуда выселять. Обидно: значит, пока мы живы и в строю, нужны, а потом…. На похороны героя России выделили всего 20 тысяч рублей, как положено, а у нас спецподразделение – борьба с терроризмом: ни «крыши», ни денег. Бывало, сбрасывались товарищу на обстановку в новую квартиру – кто сколько может. Герману Алексеевичу место на Троекуровском кладбище выделили, а скончавшейся вскоре супруге пришлось нам рядом выкупать. Денег заняли, встал вопрос: как отдавать? В консорциуме Альфагрупп как раз освободилась должность замруководителя департамента — начальника управления по вопросам текущих инвестиционных программ, текущих и стратегических инвестиций. Мне говорят: «Иди, кто тебе лучше предложит – вон, ваши генералы в службах безопасности банков работают!». Взяли, научили бизнесу, и я, как юрист, стал решать корпоративные споры. Здесь, на Ставрополье, одна из фирм взяла кредит в «Дойчебанке» под оборудование, а отдавать не спешила. Альфагрупп выкупил долг с дисконтом 50%, я приехал, по суду дело выиграл, и должники безболезненно рассчитались. Тогда и узнал, что дела «Шпаковскрайгаза» — социально значимого предприятия, плачевны. Решил попробовать восстановить его, ведь рынок услуг по газу всегда востребован. К тому же чувствовал, что в Москве долго не продержусь, не салонный я человек. Будучи к тому времени докой в корпоративных делах, выкупил акции, доукомплектовал до контрольного пакета, провел внеочередное собрание акционеров и стал директором. А предприятие в процедуре банкротства – все бумаги в арбитражном суде. Внешний управляющий сидит, но свобода действий еще есть. Выход один: из банкротства выходить. И тут некто пытается разбить контрольный пакет якобы имеющимися у него активами. Пришлось целую «спецоперацию» проводить по выведению фальшивых акций из игры. В «Шпаковскрайгазе» царила разруха …. Рассчитался со всеми кредиторами, чтобы остаться наедине с главным — «Крайгазом», и спокойно расписать реструктуризацию долга. Так оказался в Михайловске с женой Надюшей (познакомились еще в Севастополе) и ребенком. Ночью просыпался и думал: как зарплату вовремя выдать, налоги заплатить, долг отдать? Как деньги заработать, если предприятие наше предназначено только для эксплуатации существующих сетей газоснабжения? Ездил в командировки в Германию, по Европе с делегациями Газпрома, на выставках знакомился с руководителями аналогичных фирм и перенимал опыт. В результате за основу работы выставил европейский принцип — разделил то, что нужно, и создал отдельные фирмы, каждая из которых занимается своим делом. Успешно действуют ЗАО по проектированию, ЗАО по строительству, ООО по обслуживанию внутридомового газового оборудования. А в «Шпаковскрайгазе» по-прежнему занимаемся эксплуатацией; деятельность эта прозрачна и строго регламентирована по нарядам, у нас же взрывоопасные работы. Стратегический план один – поднять предприятие. Есть еще участок земли в 4 гектара, на котором собираемся строить микрорайон с детским садом и спортивным комплексом. С благословения архиепископа Ставропольского и Владикавказского Феофана хотим возвести среди домов небольшой храм Веры, Надежды и Любви.

Благотворитель

В списке государственных наград и поощрений Аркадия Аркадиевича грамоты, благодарности, памятные подарки, ордена и медали как отечественные, так и других государств – всего около восьмидесяти. Плюс награды, благодарственные письма общественных организаций: международного благотворительного фонда «Меценаты столетия» общественного благотворительного движения «Добрые люди мира», Всемирного благотворительного альянса «Миротворец», евро-азиатской международной академии стратегии, бизнеса и качества имени Екатерины Великой. От глав муниципальных образований края и Шпаковского района, и так далее. Архиерейские благодарственные письма за строительство и реконструкцию святых обителей Ставрополья, Москвы, всей России и Белоруссии. Благотворитель передает церквам храмовые иконы, написанные иконописцами Софрино, и старинные — из разрушенных церквей. Помощь эта разумная, «точечная»: если храму – то сруб, лес, цемент, кирпич или купола. Больному ребенку через благотворительную организацию «От сердца к сердцу», возглавляемую Н.Н. Дроздовым, например, конкретную сумму денег на операцию или лечение.

Так и живет рядом с нами человек-легенда — Аркадий Аркадиевич Дранец, кавалер высоких наград, известный российский меценат, член Золотого Фонда Наций. Генеральный директор ОАО «Шпаковскрайгаз» работает во благо нашего края, растит сына. Как верующий, держит посты, как прихожанин Ставропольского храма Ксении Петербуржской всей семьей посещает службы, исповедуется, причащается. Встречая столь многообразные проявления человеческой натуры, невольно задумываешься: сколько же жизней прожил он за свои полвека? Десять? Сто? И отчего у одних людей огонек жизнь горит ровным светом, а у других факелом полыхает на ветру? Богом данная энергия предопределяет огромнейшие ресурсы человеческих сил, чтобы жить «на все сто», а мы сами осторожничаем — расходуем постепенно, чтобы надолго хватило? Но, независимо от выбора, судьба каждого из нас становится отблеском истории Отчизны. Стонет ли она при тоталитаризме, когда инструментом подавления личности невольно становятся армия и прочие силовые структуры, или успешно развивается при демократии, которая пока только снится усталой стране, зависит от нас с вами — от духовно-нравственной сущности российского народа. Как и милость Божия!

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс
Вы можете оставить комментарий, или trackback с вашего сайта.

Добавить комментарий

Powered by WordPress | Download Free WordPress Themes | Thanks to Themes Gallery, Premium Free WordPress Themes and Free Premium WordPress Themes