ЗЕМСКИЙ ВРАЧ

загруженное

Евдокия ВАСЮКОВА

Земский врач… Слова эти будто звучат из далекого прошлого. Сразу вспоминаются «Записки земского врача» Михаила Булгакова и то, что земский врач Антон Чехов служил в сельской местности. Но медицинские работники поправят: грамотнее будет сказать «врач общей практики», а еще проще – «семейный врач». О своей судьбе и медицинской деятельности по такой нужной на селе специальности расскажет заслуженный врач Российской Федерации Вячеслав Николаевич Смирнов.

Вячеслав Николаевич происходит из старинного казачьего рода станицы Баталпашинской. Дед, Иоанн Смирнов, был атаманом Хоперского казачьего полка. За заслуги перед Церковью фамилия его выбита на хоругви храма Покрова Пресвятой Богородицы родной станицы, ныне – города Черкесска. Участвовал он и в строительстве белокаменного Никольского собора в Черкесске, который в советские времена был снесен. Было у атамана 15 детей, и почти все они расстреляны в годы революции…

– Кроме моего отца, рожденного в 1937 году, и погодок, сестры с братом, – рассказывает Вячеслав Николаевич. – Все они уже отошли в мир иной… Дед не принимал советскую власть, и где он умер, мы не знаем. А мама моя Анна – из станицы Воровсколевской, из чистокровного и богатого казачьего рода Величко. Отец ее, мой дед Андрей, во время Великой Отечественной войны был репрессирован: по распоряжению властей погнал табун лошадей и коров на погрузку для эвакуации, но налетели немецкие самолеты, скот разбежался, а деда забрали. Он сбежал и в Воровсколесской долго не появлялся. Потом они с бабушкой Марией и пятью детьми (двое умерли от голода) тайно перебрались в Карачаево-Черкесию, в поселок Бавуко, и жили там до недавнего времени. Умерли один за другим всего года четыре назад в возрасте 93 и 92 лет.

МЕДИЦИНСКАЯ СТЕЗЯ

– Так получилось, что родился я в горах. Мама работала упаковщицей-грузчицей на заводе РТИ. И отец был великим трудягой – круглыми сутками пропадал на шабашках, Царствие ему Небесное, но… без вина работать не мог. От нанимателя – государства – получал большие деньги, и каждый день бил нас, гонял. Потому уроки порой приходилось учить под уличным фонарем. Такое вот детство… В третьем классе какие-то деятели от образования хотели перевести меня в коррекционную школу, как слабоумного (отец же «пьяница»), но учителя отстояли. Учился я хорошо, после 5-го класса стал почти отличником – только одна четверка по русскому языку была. Так и окончил 8 классов.

А в медицину попал не иначе как Божиим провидением. Хотя по русскому языку в аттестате стояла постоянная «четверка», но ставилась она учительницей по доброте: в диктантах было по 99 ошибок (несмотря на то что правила знал наизусть). Выход видел один: после 8 класса уйти в училище. Выбрал педучилище, справку медицинскую взял для приемной комиссии, но документы мои в школе маме не давали – заставляли идти в 9-й класс. А как бы я потом экзамены по русскому сдавал? Тогда лазеек не было, как сейчас… Но в конце концов директор смилостивилась: «Анна, отдаю тебе документы сына только с тем условием, что пойдет он в медучилище!»

Мы предполагаем, а Бог располагает… Учеба занимала все свободное время, наше училище тогда было лучшим в крае – на конкурсах медиков мы всегда занимали первое место, и я был среди победителей. Окончил медучилище с красным дипломом и пробовал поступить в Ивановский мединститут, но неудачно. Что ж поделаешь – вернулся в свое медучилище, преподавал там «Общий уход», потом армию отслужил. После демобилизации работал на «Скорой помощи» и поступать в мединститут не собирался – желание отбили. Но через полтора года фельдшеры криком закричали: «Что ты делаешь? Иди учиться дальше!» Сами собрали мои документы, сами отвезли их в приемную комиссию Ставропольского мединститута. Как краснодипломнику мне полагалось сдать всего один экзамен – биологию, а к этому предмету я в свое время готовился на подкурсах в Москве, сам тогда репетитора нанимал.

Перед экзаменом отдежурил ночь и ничего не успел повторить. Пришел, взял билет – три вопроса знал четко, а четвертый – наполовину, но преподаватели сказали: «Идите, Вам “пять”». Тогда шла борьба с коррупцией, и принимали экзамены школьные учителя, так что мне повезло – поступил. А с той замечательной учебной базой, которую дало мне Черкесское медучилище, учиться было очень легко! Институт окончил в 1991 году со специализацией «земский врач», по ней так до сих пор и работаю.

ПРЕЕМСТВО ВЕРЫ

– В церковь я ходил с бабушкой Харитиной. В Карачаево-Черкесии в те времена, как ни странно, русские люди крепче хранили и веру свою православную, и обычаи народные. На Пасху было так заведено: Медведиха утром выходила с конца нашей улицы Ширшова и запевала «Воскресение Христово видевше». Из каждого двора спешили люди, и все увеличивающейся процессией шли мы в Покровскую церковь. А после службы с горящими свечами и освященными куличами на подносах, завязанных в белые узлы, с пением «Христос Воскресе» расходились по округе… Простым прихожанином проходил я в храм все детство и юность. Скорее всего, это сыграло роковую роль при поступлении в Ивановский мединститут – из медучилища мне дали характеристику, в которой были такие слова: «Морально неустойчив – верит в Бога». Учась в Ставропольском мединституте, стал прихожанином Андреевского собора, там при архиепископе Антонии (Завгороднем) недолгое время, до кончины Архипастыря, нес послушание – пел и читал на клиросе. Будучи студентом 3-го курса, женился на Елене – певчей Андреевского собора (мама ее, Надежда Макаровна Кишунова, много лет руководила там клиросом).

ЗЕМСКИЙ ВРАЧ

– Владыка Антоний как-то вызвал меня к себе в кабинет, дал две тысячи рублей и говорит: «Слава, впереди трудные времена – заводи коров!» Ну и купил я двух буренок, благодаря которым мы и выжили. Сначала держали их у тещи – она жила в Ставрополе на улице Тельмана, а в 1990 году перевези скотину в станицу Новомарьевскую, куда переехали всей семьей. Почему именно туда? Когда искал коров, купил их именно там, и мне станица очень понравилась. Денег хватило только на старую хату. В ней подрастали мои дети: Макар, Кирилл, Ирина и Михаил. Тогда я еще на 5-м курсе мединститута учился, в институт ездил и на автобусе, и на бричке (своего коня завел). А после окончания вуза пошел работать в станичную амбулаторию земским врачом, там до сих пор и тружусь.

Как-то кран на водоколонке уличной поломался, и сидел я, ручку на кран мастерил. Подходят ко мне дедушки с бабушками, с которыми ездили мы в станицу Рождественскую на моей бричке – там церковь была, и говорят: «Просим помочь открыть нам свой приход». Ответил: «Собирайте деньги и ищите помещение!» Председатель сельсовета отдал нам старый магазинный склад без окон, и, слава Богу, меньше чем за три месяца – к 7 ноября, престольному дню, – в домовом храме в честь святого Димитрия Солунского прошла первая вечерня. Потом собрал я деньги, проект привез, кирпичи, блоки для нового храма (место уже выделено было). Но по стечению обстоятельств 11 лет к этому делу больше не прикасался.

Сгорел храм неожиданно: стоял ноябрь, дул восточный ветер такой силы, что на ногах не удержаться. В церковном дворе скирды сена стояли. И вот храм занялся огнем, искры полетели во все стороны, но ни одна скирда не заполыхала… Чудо! Мы выбили стекла, успели вынести Чашу, антиминс и Евангелие. А когда разгребали пепелище, три бумажных иконы Спасителя нашли, на них только уголки обгорели…

Когда настоятелем к нам прислали отца Александра Гомзяка, мы с ним взялись и за два выходных дня тракторами, экскаваторами выкопали котлован 15х15 метров глубиной 4 метра. Жена моя кормила машинистов, трактористов – все они работали бесплатно. И так потихонечку дело пошло: котлован, потом фундамент, и – через 7 лет мы вошли в храм! Благоукрашали его уже по мере возможности. Дети мои выросли на клиросе, лет с трех-четырех сыновья стали пономарить, дочка пела на клиросе. Но сейчас все они учатся в институтах и редко бывают дома. Макар в этом году в медицинскую академию поступил, дочка в университете на биологическом факультете учится. Старший сын Михаил учится заочно в Ставропольской Духовной Семинарии, на 4-м курсе уже. Жена сейчас домохозяйка – огромный дом мы построили, держим по 9 коров и 30 свиней, по 300-500 кур, так что забот хватает. Работал я не только в своей станице, но и в Темнолесской, Сенгилеевской, а теперь еще и в семинарии тружусь.

О ПРИЗВАНИИ

– Есть такое выражение: «Врачом надо родиться», но это не так. Если ты любишь человека, любишь свой народ, то можешь стать врачом, плюс знания, трудолюбие, терпение… Любого из нас можно научить медицине, но если кто-то свысока относится к людям, будь у него хоть золотые знания, пусть лучше уходит из этой профессии – диагноз правильно он не поставит, потому что не сможет выслушать и понять больного. Ну а для специализации уже нужны способности – к чему тебя тянет. Я как семейный врач люблю «Общую медицину» – там и хирургия, и урология, и педиатрия, и гинекология. И твердо уверен: чтобы лечить больного, нужно знать причину его болезни. Тут уже вмешиваются психологические факторы: человек, который приходит на прием с жалобой на недомогание, должен доверять врачу. А земского врача люди, как правило, знают с детства, потому что вместе с бабушками-дедушками, родителями, братьями и сестрами лечатся у него. Тут уже не до тайн и недомолвок… Если же больной не доверяет тебе, лучше не берись за его лечение – есть же постулат Гиппократа «не навреди»… И не надо стесняться своего незнания: не уверен в диагнозе – позвони более опытному врачу, проконсультируйся или пошли пациента к другому специалисту, консилиум собери. Делай, что хочешь, но помоги. Вот тогда станешь замечательным врачом, к тебе потянутся люди, будешь с радостью работать!

ВРАЧ И БОГ

– Господь наш Иисус Христос лечил людей – вспомните исцеление слепого, бесноватого, воскрешение Лазаря. А как лечил? Словом, молитвой. Вот оно и переплетается. Что такое Бог? Это Любовь! Любовь к людям! Человека любишь, значит, ты врач хороший. А если в Бога веришь, то не можешь не любить людей! По моему мнению, недопустимо приступать к медицинской деятельности без веры. Вспомните святого Луку (Войно-Ясенецкого), гениального врача, профессора и архиепископа. Он приступал к осмотру больного или к операции только после молитвы!

Остается добавить, что Вячеслав Николаевич в 2008, 2010 и 2011 годах признан лучшим врачом Ставропольского края, в том же 2011-м – лучшим врачом Российской Федерации. Заслуженный врач Российской Федерации, отличник здравоохранения, врач высшей категории, он награжден грамотами митрополита Гедеона, архиепископа Феофана, Минсоцразвития, Минздрава, Государственной думы и губернатора Ставропольского края. А уж районных и больничных грамот – не счесть.

Жаль, что газетный формат имеет свои рамки, – простой и духовно глубокий, добрый и строгий, наш собеседник говорил о многом: о связи страданий человека и его грехов, о смерти и необходимости сохранять себя от уныния, памятуя слова апостола Иоанна Богослова: «В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх…» (1 Ин. 4, 18). Эта любовь – Сам Бог, и Он дает возможность любому покаявшемуся в своих грехах жить в Нем, в Его любви.

В этом и проявляется христианское отношение к жизни и к своему служению Вячеслава Николаевича Смирнова – земского врача и Человека с большой буквы.

По материалам газеты «Ставропольский благовест»

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс
Вы можете оставить комментарий, или trackback с вашего сайта.

Добавить комментарий

Powered by WordPress | Download Free WordPress Themes | Thanks to Themes Gallery, Premium Free WordPress Themes and Free Premium WordPress Themes